Для Украины Тарас Шевченко всегда был больше, чем поэтом. Символом нации, олицетворением ее стремление к свободе.

Могила в Каневе стала местом паломничества. Празднования Шевченковских годовщин очень часто перерастало в политические протесты и сопровождалось стычками, драками и арестами. Запреты доходили до полного абсурда.

Имперские традиции

Преследования оказывались одинаково суровыми как в дореволюционные царские, так и в советские времена.

Предвоенного 1914-го празднования столетия запретили.

Священный Синод русской православной церкви не разрешил даже отправления панихид.

В Киеве конная полиция нагайками разгоняла огромные толпы на Крещатике, Владимирской, возле Софийского собора.

Черносотенцы громили украинские книжные магазины и клубы.

Оппозиционная большевистская партия тогда ловко заработала себе политические дивиденды. Заклеймила преступное правительство, преподнесла революционного пророка. Но когда пришла к власти, отношение к нему быстро сменила.

К канону «украинских советских классиков» Шевченко подходил очень плохо. Его антироссийская, антиколоніальна позиция — безупречно последовательная, Москва и Петербург обозначенные клеймом чужих и отвратительных, Богдана Хмельницкого он называет «пьяным» и «неразумным» за его непростительную политическую ошибку в выборе союзника и протектора.

Но запретить поэта полностью не получалось. Слишком много он значил для украинцев, слишком много его портретов висело даже и в крестьянских домах.

Скандальный юбилей

Смена советского политического курса в основном так или иначе затрагивала и Шевченко. 150-летие пришлось как раз на момент сворачивания хрущевской десталинизации.

И юбиляр сразу стал опасным и нежелательным.

История с разбитым шевченковским витражом вошла в реестр самых позорных культурофобських действий режима.

Авторы витража сделали все возможное и невозможное, чтобы успеть до великой даты. 9 марта 1964 комиссия должна принять работу и дать разрешение на открытие.

Над витражом «Шевченко. Иметь» в вестибюле красного корпуса Киевского университета работали талантливые художники того времени — Алла Горская, Афанасий Заливаха, Людмила Семыкина, Галина Севрук, Галина Зубченко.

Изображение Украины было стилизованным под иконопись. Мать будто искала защиты у своего сына-поэта.

Во всем этом увидели страшную крамолу. И намек на образ Богоматери (это в стране победившего и повсеместно будто же то утвержденному атеизма!), и «двусмысленную», как написано в решении цензоров из Союза художников Украины, цитату из Шевченко «Возвеличу малых тех рабов немых, я на страже круг их поставлю слово».

Да еще и старославянской вязью!

На беду, спеша к юбилею, делали имитацию витража, когда стекло розмальовувалося с обратной стороны и по тому монтировалось в деревянные квадраты оправы. Итак, пристальное комиссия увидела в этом намек на зарешеченную уярмлену Украину.

Произведение тут же начали демонтировать. Но то, что в официальных документах элегантно называлось демонтажем, на самом деле выглядело полным вандализмом.

Стекло пробовали вынимать из рамок, получалось долго, тогда просто били в щепки. Действующий ректор университета Иван Швец даже не отказал себе в удовольствии потоптаться ногами по куче обломков.

Репрессии

Все попытки защитить художников оказались напрасными, хотя в конфликт вмешались авторитетные писатели-депутаты, вхожие во властные коридоры.

Опанас Заливаха вскоре получил пять лет мордовских лагерей строгого режима. Несмотря на тяжелый труд, прихапцем рисовал. Экслибрисы, плакаты, в том числе и для шевченковского праздника в самом лагере. Живопись признали нарушением того самого всеохватывающего и всевластного режима — и отобрали краски.

Волевая и непокорная Алла Горская, несмотря на осознание, что свидания не дадут, все же поехала в мордовську зону. И долго стояла на грани круг лагеря. Как писал впоследствии Заливаха, им, увлеченным и зачудованим, зігрітим этой удивительной появлением, казалось, будто это княгиня приехала в свое поместье, но потеряла ключи и не может зайти. Это была по крайней мере демонстрация намерения во что плыть против течения.

1968 за защиту диссидентов исключили из союза художников Людмилу Семикину и Галина Севрук. Их подписи стояли под письмом 139″ — протестом украинской интеллигенции против репрессий. 28 ноября 1970 убили Аллу Горскую.

Тихий сопротивление, между тем, не прекращался.

Юбилейным шевченковским торжествам в мае 1964 предшествовал еще один зловещий акт вандализма.

24-25 мая пылала Публичная библиотека Академии наук Украины. Сгорели как раз фонды украиники.

Несмотря на то, чествование поэта все же произошло многолюдно и достойно. Даже многочисленные зарубежные гости восхищались тогда умением украинцев отдать должное своему национальному гению.

Вдоль всего пути из столицы до Канева автобусный кортеж то и дело останавливался, устраивались встречи и художественные мероприятия.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Напишите текст комментария!
Введите свое имя