В старинном швейцарском городке Базель ученый-фармацевт Альберт Гофманн случайно обнаружил галлюциногенные свойства ЛСД. Это событие навсегда изменила популярную культуру, психологию и науку о мозге.

/**/
(function() {
if (window.bbcdotcom && bbcdotcom.adverts && bbcdotcom.adverts.slotAsync) {
bbcdotcom.adverts.slotAsync(‘mpu’, [3]);
}
})();
/**/

Если вспоминать известные велотуры, по мнению, в первую очередь, приходят затянутые в узкую форму спортсмены Тур де Франс, несущиеся живописными пейзажами.

Впрочем, много кто вспомнит и значительно более короткую поездку, которую одного апрельского вечера 1943 года совершил 37-летний мужчина, одетый в костюм.

/**/
(function() {
if (window.bbcdotcom && bbcdotcom.adverts && bbcdotcom.adverts.slotAsync) {
bbcdotcom.adverts.slotAsync(‘mpu’, [1,2]);
}
})();
/**/

Довольно неуверенно крутя колеса, он возвращался с работы домой по старинным улочкам швейцарского Базеля. Но эта на первый взгляд ничем не примечательна путешествие ознаменовала рождение психоделической культуры.

На велосипеде сидел ученый-фармацевт Альберт Хофманн, который принял только что синтезированную вещество, которой в лаборатории дали название діетиламід лизергиновой кислоты-25.

Остальной мир будет называть просто — ЛСД.

Свою поездку — или скорее трип? — домой Гофман описал со взвешенной тщательностью исследователя, которая удивительно контрастирует с безумием самого опыта.

«На меня напливали фантастические пестрые образы, разворачиваясь и сворачиваясь кругами и спиралями, как в калейдоскопе, взрываясь разноцветными фонтанами, постоянно меняясь и перетекая», — писал он в книге «Моя проблемный ребенок — ЛСД» (LSD — My Problem Child).

«Каждый звук, как стук дверной ручки или автомобиль, что проезжал мимо, превращался на оптическую иллюзию, генерируя ярко меняющееся изображение с собственной последовательной форме и цвету».

Очень особенный город

Древний швейцарский город, видимо, не является очевидным местом для психоделической культуры. В конце концов, швейцарцы гордятся надежностью своих банков и пунктуальностью поездов.

Как говорил герой Орсона Уэллса Гарри Лайм в фильме 1949 года «Третий человек»: «Швейцария имеет братскую любовь, 500 лет демократии и мира — и что это ей дало? Часы с кукушкой».

Впрочем, в отличие от многих других средневековых европейских городов, Базель имеет свою особую ДНК. Город, что лежит между французским и немецким границами, основанный две тысячи лет назад на Рейне, всегда питалось информационной магистралью, которая проходила сквозь него и соединяла Базель с другими европейскими центрами обучения.

Старейший университет Швейцарии был основан в 1460 году именно здесь. А через два века в нем открылась и самая старая в мире публичная галерея искусств — теперь Kunstmuseum. В эпоху Реформации Базель стал городом, где красили шелковые ткани, и следовательно, начала развиваться химическая индустрия.

Сегодня в Базеле больше музеев на душу населения, чем в любом другом городе Европы.

«В атмосфере Базеля всегда тесно переплетались образование, исследования и культура, — говорит Йозеф Гельфенштейн, директор Музея искусства.

«Границы с Германией и Францией повлияли на особый непринужденный дух города», — добавляет Исидора Рудольф, руководитель туристического агентства.

«Летом все, и директора банков, и студенты прыгают в Рейн, здесь царит атмосфера savoir vivre (наслаждения жизнью), что делает город таким уникальным».

Обыденное происхождение ЛСД

Как ни странно, соединение с психоделическими свойствами совершенно случайно изобрели во время исследований совершенно другого вещества. Работая в фармацевтической компании Sandoz (теперь входит в корпорацию Novartis), Гофман должен был найти вещество растительного происхождения, которая стимулировала бы дыхание и кровообращение.

Задачей ученого было выделить, очистить и синтезировать потенциально интересные соединения спорынья, грибов, образуются на злаках. Некоторые из них содержали лизергиновую кислоту, обнаруженную Гофманом в 1938 году, которую назвали ЛСД-25.

История ЛСД могла тогда и завершиться, потому что тесты на животных не показали никакого эффекта, которые искала компания Sandoz, кроме, пожалуй, странного возбуждения животных.

«Новое вещество не вызвало особого интереса у наших фармакологов и медиков, — написал Гофман. — И тестирование прекратили».

Прошло пять лет, прежде чем настойчивость ученого заставила Гофманна вернуться к ЛСД-25. А подтолкнули его к этому, как он сам отметил в предисловии к книге, странные, если не сказать мистические ощущения, пережитые им в детстве.

«Эти воспоминания и до сих пор остаются в моей памяти очень яркими. Однажды майским утром… я шел по лесной тропинке неподалеку от Бадена. Меня окружал свежий зеленый лес, наполненный пением птиц, освещенный утренним солнцем, и вдруг все предстало в какой-то волшебной ясности, как будто это все хотело охватить меня своим величием. Меня переполнило неописуемое чувство радости, искренности и блаженной безмятежности».

«В детстве я еще несколько раз переживал такие моменты эйфории, связанные с единением с природой. Именно эти переживания сформировали значительной частью мой кругозор и убедили меня в существовании чудотворной, могучей и непостижимой реальности, скрытой от повседневного взгляда».

Эти мысли, без сомнения, руководили исследователем и 16 апреля 1943 года, когда он надел в лаборатории халат и повторно синтезировал ЛСД-25. В лекции 1996 года, которую он прочитал на Конференции миров сознания в Германии, он объяснил, что его побудило ничто иное, как импульс, «мне просто нравилась химическая структура вещества».

Именно в процессе очистки Гофманну показалось, что часть вещества случайно попала в его организм.

Охваченный странным чувством беспокойства и головокружение, он прекратил работу и уехал домой, пережив первый в мире кислотный трип.

«Я лежал, погрузившись в состояние, которое не назовешь неприятным, похожий на опьянение, но с чрезвычайно возбужденным воображением», — писал он.

«Состояние снов… У меня был бесконечный поток фантастических картин со странными формами и насыщенной калейдоскопической игрой цветов».

Когда его коллеги по лаборатории не смогли как-то это объяснить, он решил теперь уже сознательно принять дозу ЛСД-25, чтобы понаблюдать за последствиями внимательнее. Начальник не знал, однако, что то, что он считал небольшой дозой (250 мкг), было на самом деле довольно много.

ЛСД захватывает мир

После окончания Второй мировой войны, компания Sandoz начала выпускать новую соединение для исследователей под торговой маркой Delysid. В течение двух десятилетий в ЛСД обнаружили удивительные терапевтические свойства от тревоги, депрессии и психологических травм.

По подсчетам Oxford University Press, с 1943-го по 1970 год ЛСД было посвящено более 10 000 научных публикаций — другую фармакологическое вещество в мире не исследовали так интенсивно.

В 1950-х годах в Америке во время «холодной войны» ЦРУ начало эксперименты с ЛСД, пытаясь создать оружие, которое бы вмешивалось в мозг человека. Исследования проводили под кодовым названием MK-ULTRA.

Спецслужбы финансировали исследования в Университете Колумбии и Стэнфорде, пока не выяснили, что эффект ЛСД был слишком непредсказуемым для того, чтобы применять его в контрразведке.

Именно в этот момент волшебной субстанцией Гофмана увлеклись художники, положив ее в основу «кислотной» контркультуры 1960-х годов. В те времена купить ЛСД можно было законным и достаточно простым способом.

Наркотик открыл новые двери восприятия действительности для Олдоса Хаксли и гуру контркультуры Тимоти Лири, для таких музыкальных легенд, как «Битлз», Джими Хендрикс и Боб Дилан.

В песне 1967 года «Девушка по имени Сандоз» группа The Animals открыто воспевал ЛСД: «И следовательно, я встретил девушку, которую звали Сандоз и она научила меня много чего».

В кинематографе теме ЛСД посвящены такие разные ленты, как «Беспечный ездок» Денниса Гоппера и анимационный фильм «Битлз» «Желтая субмарина».

Впрочем, популярность наркотика среди американских призывников, которые уклонялись от службы во Вьетнаме, а также сторонников контркультуры в США и в Европе, олицетворением чего стал призыв к молодежи доктора Тимоти Лири «включайтесь, настраивайтесь и зникайте», вызвала в правительстве панику.

В конце 1960-х США и Великобритания запретили использование ЛСД с рекреационной целью, а в 1970 году запрет распространили и на исследования ЛСД, о чем свидетельствовал Закон о контролируемых веществах 1970 года в США и Закон о злоупотреблении наркотиками в Великобритании в 1973 году.

Впрочем, исследователи во всем мире продолжали изучать психоделики, побудив новый всплеск интереса к ним на грани нового тысячелетия.

День велосипеда

Во времена расцвета ЛСД в 1960-70-е годы обертку дозы наркотика украшала стилизованная картинка, на которой Гофман ехал по улице Базеля на велосипеде.

А в 1985 году профессор колледжа штата Иллинойс Томас Бы. Робертс предложил всем поклонникам психоделической культуры, отмечать день, когда Альберт Хофманн, приняв ЛСД, отправился на велосипеде домой.

День велосипеда разнообразными мероприятиями ежегодно празднуют и в самом Базеле. Здесь проходят концерты психоделической музыки, художественные события и научные конференции, на которых представляют современные исследования психоделических соединений. И конечно, в этот день также устраивают велосипедные туры по городу в честь славной двухколесной путешествия Гофмана в 1943 году.

Доктор социологии Сандра Лэнг в течение последних лет на День велосипеда проводит экскурсии Базелем, добавляя ярких деталей истории тех событий.

«Я воспроизвела маршрут, которым Альберт Хофманн ехал в тот день в 1943 году», — рассказывает она.

«Мы начинаем экскурсию возле главных ворот кампуса Новартис на улице Ліхтштрассе 35 — вы можете также заглянуть в кампус и увидеть здание лаборатории, в которой начался эксперимент Гофманна.

«Затем едем по улицам Луцернеррінг, Васгенрінг и Голештрассе к Ботмінгену, где раньше жил Альберт Хофманн».

К сожалению, собственно дом на Обервілерштрассе, где Гофман пережил свой галлюциногенный трип, который изменил мир, разрушенный, но соседний переулок в 2006 году переименовали в честь ученого — Альберт Хофманн-Райн.

Ланг рекомендует проехаться по маршруту в выходной день, когда машин на улицах меньше — во времена Гофмана их вообще почти не было из-за ограничений военного времени.

Идеально дополнит прогулку посещение фармацевтическом музея, который повествует химическую историю Базеля.

Новые горизонты

В XXI веке научные исследования ЛСД вернулись. Терапевтический потенциал вещества перевесил старые законы, которые изжили себя.

Движущей силой восстановления интереса к ЛСД стала английская аристократка, графиня Вемісс и Марч, Аманда Филдинг. Сегодня ее признают мировым лидером в реформе политики в отношении наркотиков и координации исследований психоделиков.

В 1996 году Филдинг основал Фонд Бекли (сначала Фонд дальнейшей сознания), который начал исследования не только ЛСД, но и псилоцибина (обнаруженного в галлюциногенных грибах), МДМА (экстази) и 5МеО-ДМТ (обнаруженного в яде жабы Буфо-альваріус, которая живет в северной Мексике и на юге США).

Вместе с Имперским колледжем Лондона и Фонд Бекли начал первое в истории исследование влияния ЛСД на мозг с помощью МРТ-сканов. «Первые МРТ-изображение человеческого мозга под действием ЛСД показали, что наркотическое вещество помогает «перезагрузить» мозг, помогая ему преодолеть неэффективные пути выхода из кризиса», — говорит Филдинг.

Как отмечает Мультидисциплинарная ассоциация психоделических исследований, ЛСД и другие психоделики могут помочь с такими разными проблемами, как тяжелая депрессия, мигрени, и страх смерти у безнадежно больных пациентов.

Швейцария является лидером в современных исследованиях ЛСД, которые проводят в том числе и в университетской больнице Базеля. Здесь ученый Маттиас Ліхті недавно доказал эффективность психоделиков при лечении тревожного расстройства, который сопровождает ПТСР.

Люди всегда принимали вещества, которые изменяли их сознание и восприятие мира, и некоторые из них имеют серьезные негативные последствия. В статье 2017 года журнал «Медицинские новости сегодня» привлекает внимание к некоторым рисков, связанных с ЛСД.

«Опасность заключается в непредсказуемости галлюциногенных трипов. Свойства препарата являются недостаточно изученными, и люди по-разному реагируют на него. Настроение человека, окружение, уровень стресса, ожидания и мысли во время приема ЛСД сильно влияют на наркотический эффект от него».

У людей, склонных к психозу, тревожности или депрессии, ЛСД может усилить негативные ощущения. Даже Альберт Гофман пережил несколько страшных моментов, когда доброжелательная соседка, которая постучала в дверь во время одного из его знаменитых трипов, показалась ему ведьмой.

Впрочем, все больше исследований ЛСД свидетельствуют, что при приеме в соответствующих условиях, положительный эффект намного сильнее риск «плохого трипа» и негативных последствий, которые могут произойти у некоторых людей.

Так же как умеренное употребление алкоголя многим людям приносит удовольствие, а случаи насилия, депрессии и зависимости является скорее исключением.

И в мире, полном боли и страха, трансформационная сила ЛСД кажется как никогда своевременным.

«ЛСД — это такая тонкая вещь, которую в основном неправильно понимают», — говорит Филдинг.

«В эпоху, когда психические заболевания достигли уровня эпидемии, а экологическая и соціополітична ситуация ухудшается, когда духовный вакуум становится все шире, нам важно научиться лучше адаптировать свои мысли и поведение».

Возможно, настало время открыть своему уму новые горизонты.

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке можно на сайте BBC Travel.

Хотите поделиться с нами своими жизненными историями? Напишите о себе на адрес questions.ukrainian@bbc.co.uk и наши журналисты с вами свяжутся.

Хотите получать главные статьи в мессенджер? Подписывайтесь на наш Telegram.

Также на эту тему

  • Наука
  • Употребление наркотиков
  • Наркоторговля
  • Общество
  • Культура